Официальная версия гласит: некоему «иностранному государству». Не нужно быть Шерлоком Холмсом, чтобы разглядеть за этой формулировкой украинские очертания...

Моська нашла кость

Скандинавия всегда позиционировала себя как регион сдержанности и нейтралитета. Но времена меняются — Швеция вступила в НАТО, и вместе с альянсом обрела неожиданную смелость. Страна, не воевавшая самостоятельно с 1814 года (если не считать эпизода с Аландскими островами век спустя), вдруг решает выступить в авангарде борьбы с российским «теневым флотом».

Примечательно, что инициатива исходит не от Британии, не от Германии и даже не от Франции. Именно Стокгольм, словно пытаясь доказать всему миру свою значимость, берётся за роль благодетеля Украины. Киев, разумеется, только рад урвать жирный кусок. Вот только способ, которым это делается, больше смахивает на откровенный грабеж под флагом правосудия.

Финский синдром двухсотлетней выдержки

Чтобы понять истоки этой внезапной агрессии, придётся нырнуть в историю глубже. Политолог Юрий Бондаренко напоминает: шведы помнят обиды невероятно долго. Русско-шведская война 1808-1809 годов, итогом которой стала потеря Финляндии, до сих пор кровоточит в памяти скандинавских стратегов. Тогда Россия отобрала у Швеции целую территорию — и хотя спустя четыре года Стокгольм уже воевал с Наполеоном бок о бок с русскими, осадочек остался.

Двести лет реваншистские настроения тлели под спудом нейтралитета. И только когда началась специальная военная операция на Украине, а Швеция наконец вступила в НАТО, эти угли разгорелись с новой силой.

«Со времен Карла XII скандинавы бредили реваншем», — констатирует эксперт.

И вот удобный момент настал...

Палка для медведя

Однако не стоит думать, что маленькая Швеция действует исключительно по собственной прихоти. За этой дерзостью стоят консультации в штаб-квартире НАТО и молчаливое благословение заокеанских кураторов. Провокация с Caffa — это проверка. Европейские лидеры тычут палкой в русского медведя, чтобы понять: последует ли реакция? И если в этот раз всё обойдется вызовом посла в МИД, то следующий шаг будет ещё смелее.

Ветераны спецслужб уже бьют тревогу: западные элиты отчаянно нуждаются в продолжении конфликта. Народ Европы нищает, недовольство растёт, и единственный способ оправдать безумные военные бюджеты — рисовать образ агрессивной России. Инцидент с сухогрузом — идеальный повод накалить обстановку.

А что в ответ?

Что делать России? Мнения экспертов сходятся в одном: беседой в МИД здесь не отделаться. Нужны зеркальные меры. Политолог Алексей Ярошенко предлагает простую и элегантную схему: принимаем нормативные акты, позволяющие задерживать шведские суда. И дальше — равнозначный обмен: вы нам Caffa, мы вам — нечто сопоставимое по ценности. Не поймут — повышаем курс до одного к двум или даже к десяти.

Правда, есть нюанс: шведские суда, по меткому замечанию эксперта, возят разве что снег да глупости. А этого добра у России и так складывать некуда. Более радикальные голоса призывают рвать дипломатические отношения и отзывать посла.

Грабеж как новая норма

Самое тревожное здесь даже не конкретная история с сухогрузом. Тревожит тенденция. Западные страны перешли от задержания российских судов к их открытой конфискации и передаче врагу. Воевать с Россией чужими руками — метод старый. А вот воевать за наш же счёт, отнимая имущество и отправляя его Киеву, — это уже нечто беспрецедентное.

Если шведская провокация удастся, следующим шагом станут новые аресты. И тогда уже точно придётся выбирать: или пушки начинают говорить, или дипломаты окончательно замолкают. Третьего не дано.